Про рынок платежных карт и не только из первых уст. Представители руководящего состава Компании «УКРКАРТ», первый заместитель главы правления по вопросам развития бизнеса «УКРКАРТ» Александр Пранов и заместитель главы правления по техническим вопросам «УКРКАРТ» Виталий Богданов, предоставили развернутое интервью для издания Forbes Украина (forbes.net.ua).

********************************************

«УКРКАРТ» – один из крупнейших игроков украинской платежной индустрии. С их сервисами работают десятки банков, их процессинг считается одним из мощнейших в Восточной Европе, а функционируют они на одном из наиболее перспективных рынков, которому прочат довольно интересное будущее в сфере платежных технологий. К 1 января 2015 года только «белая» часть этого рынка охватывала 163 банка, которые обслуживали 74,8 млн клиентов – физических и юридических лиц, собственников текущих и депозитных счетов. Всего они открыли в банках порядка 117,5 млн счетов.

Среди проблем сегмента – излишняя зарегулированность, отсутствие оптимальных технологических решений для проведения расчетов новыми способами, а также – высокий уровень мошенничества. Украина, как известно, в последние годы обрела сомнительную славу страны кардеров и киберплатежных преступников.

О том, как ведется борьба за безопасность расчетов, о развитии новых платежных технологий и роли «Укркарт» в этом процессе в интервью Forbes рассказали первый заместитель главы правления по вопросам развития бизнеса «Укркарт» Александр Пранов и заместитель главы правления по техническим вопросам «Укркарт» Виталий Богданов.

UkrCard 12

Фото: Александр Козаченко для «Forbes Украина»

– Пожалуйста, расскажите, что, по вашему мнению, на сегодня представляет собой платежный сектор в Украине?

Виталий Богданов: Платежный рынок на сегодня представлен, прежде всего, банками. Эта однобокость негативно влияет на отрасль – с рынка уходят не только маленькие банки, но и крупные игроки, такие как «Надра» и «Дельта», признанные неплатежеспособными. Поэтому ситуация очень тяжелая.

С другой стороны, положительные и инновационные процессы, которые начались еще в 2013 году, продолжались в 2014-м, и продолжаются сейчас. Это и появление новых каналов связи, и уход в мобильные приложения, и усиление доли интернета. Количество операций, несмотря на спад в экономике и потерю регионов Украины, растет. Это плюс, который дает нам надежду, что в будущем мы успешно преодолеем кризис.

– В 2008-2009 годы многие торговые сети из-за кризиса ликвидности отключали терминалы, отказываясь работать с безналом. Сейчас также кризис. Если количество операций не меняется – значит, сети продолжают работать с безналом и не отключают терминалы? С чем это связано?

В.Б.: Если в 2008 году зарабатывать на эквайринге пыталась достаточно большая группа игроков, то сейчас на рынке остались только «Приват», «Аваль», «Укрэксим», «Ощад». Рынок формируют настолько крупные игроки, что у торговых сетей нет мотивации отказываться от их услуг. Вероятность того, что банк  не заплатит, минимальна.

Александр Пранов: Множество предприятий за время нынешнего кризиса перешли на обслуживание в работоспособные банки. Они, особенно сейчас, могут очень быстро принять нового клиента – было бы желание клиента!


My_v_SMI_Citata_Top

«Приват» обслуживал другие банки, но в 2004 году принял решение не работать с банками. Большая часть высвободившихся клиентов перешла к нам на обслуживание, за что, наверное, стоит поблагодарить коллег из Днепропетровска

My_v_SMI_Citata_Bottom

    Александр Пранов

В.Б.: – За предыдущие 15 лет основа банковского бизнеса в стране изменилась. Если рассмотреть 2000, 2008 и 2015 годы, то мы увидим, что банки ощутимо сместили свою доходность в сторону комиссионных операций. Если раньше банки привлекали депозиты под 20%, выдавали кредиты под 30%, а на разницу в процентах жили, то сейчас доля комиссионных операций в разы выше.

 Говоря о количестве и качестве комиссионных сервисов сейчас и 15 лет тому назад, стоит отметить огромный прогресс, в первую очередь – технологический. Например, оплата коммунальных услуг стала более технологичной, хотя и более дорогой. Сегодня простота и удобство все чаще побеждают цену. Как следствие – для вклада клиент выбирает банк по уровню надежности, а для платежей – по уровню комфорта.

UkrCard 14

 Александр Пранов
Фото: Александр Козаченко для «Forbes Украина»

– Насколько серьезной является конкуренция на вашем рынке?

А.П.: – Говоря о конкуренции, нужно опираться на структуру рынка. Есть банки, которые построили процессинговые центры для собственных целей, есть банки, которые еще недавно обслуживали другие банки, есть независимые процессинги – такие как мы.

Естественно, мы не конкурируем с банками, которые обслуживают сами себя – «Приватом», Укрсиббанком, Проминвестбанком и другими.

Поскольку нашими клиентами являются банки, то конкурируем мы с процессинговыми центрами, которые работают именно с этой клиентской группой. Если бы «Приват», например, обслуживал «Аваль», то он был бы нашим конкурентом. Причем, раньше так и было – «Приват» обслуживал другие банки, но в 2004 году принял решение не работать с ними. Большая часть высвободившихся клиентов перешла к нам на обслуживание, за что, наверное, стоит поблагодарить коллег из Днепропетровска.

На сегодняшний день все банки, не имеющие собственных процессинговых мощностей, обслуживаются в независимых процессинговых центрах – УФС, УПЦ, «ТАСлинк» и других. Эту часть рынка мы оцениваем на уровне 8 млн активных карт. Если всего на рынке карт активными считаются 32 млн единиц, то 8 млн карт обслуживаются в независимых центрах. То есть порядка 24 млн единиц – это карты банков, которые обслуживают сами себя – помимо уже названных, это  «Ощад», «Укрэксим», Укрсоцбанк (он же – «Юникредит»).


My_v_SMI_Citata_Top

Когда в 1994 году запускалась система электронных платежей НБУ, она писалась, фактически, под Проминвестбанк, занимавший тогда около 80% рынка. Третья модель корсчета (внутренняя платежная система с единым корсчетом для всех филиалов) писалась сотрудниками Проминвестбанка и вписывалась в положения НБУ. В 1998 году седьмая модель корсчета вводилась по инициативе банка «Надра». Таким образом, крупные банки всегда имели возможность влиять на политику платежных систем и регулятора

My_v_SMI_Citata_Bottom

    Виталий Богданов

– В 2012 году, когда принималась новая редакция закона о платежных системах, многие банки сетовали, что Visa и Master Card работают на уникальных условиях с двумя банками – Райффайзен Банком Аваль и Укрсоцбанком. Тогда как другие участники рынка не могут рассчитывать на такие выгодные условия. Как вы считаете, в какой мере сегодня отвечают принципам добропорядочной конкуренции тарифы платежных систем в Украине?

A.П.: – Тарифы платежных систем и специальные условия для разных банков до сих пор имеют место. И банки используют все возможные преимущества. Например, банк может заключить платежное соглашение с одной из платежных систем, и больший упор в развитии карточного бизнеса делать на Visa в ущерб MasterCard.

Чем больше бизнеса банк имеет с той или иной платежной системой, тем более лояльно эта система к нему относится, тем ниже у него тарифы, гарантийный депозит и платежи.

В.Б.: – Когда в 1994 году запускалась система электронных платежей НБУ, она писалась, фактически, под Проминвестбанк, занимавший тогда около 80% рынка. Третья модель корсчета (внутренняя платежная система с единым корсчетом для всех филиалов) писалась сотрудниками Проминвестбанка и вписывалась в положения НБУ. В 1998 году седьмая модель корсчета вводилась по инициативе банка «Надра». Таким образом, крупные банки всегда имели возможность влиять на политику платежных систем и регулятора.

UkrCard 16

Виталий Богданов
Фото: Александр Козаченко для «Forbes Украина»»

– Известно, что у украинцев может быть на руках по несколько карт ПриватБанка. У некоторых – кредитная карта, зарплатная, накопительная, виртуальная, валютная… Понимая это, во сколько можно оценить реальную долю ПриватБанка на рынке пластика?

А.П.: – Общее количество выпущенных в Украине карт – почти 70 млн штук. Это все карты, у которых не истек срок действия. Но не все эти карты активны – по классификации НБУ, активной считается карточка, по которой за минувшие 90 дней была проведена хотя бы одна операция. Обычно для одного человека таких карт «Привата» – две. Поэтому в статистике НБУ все корректно – у «Привата» выпущено 30 млн карт, из которых 16 млн карт – активные, что составляет половину от всего рынка.

– Как вы считаете, почему у нас так медленно развивается рынок мобильных платежей? В Украине были такие проекты, как Bank-o-Phone, «Платимо» и другие, в которых участвовали НСМЭП, МТС, «Киевстар», другие корпорации. Но сам сервис мобильных расчетов в стране почти не работает. Почему?

А.П.: – Если говорить про НСМЭП, то сейчас началась новая эра в развитии этой платежной системы. Главная проблема, заложенная в первоначальной НСМЭП – несовместимость использовавшейся технологии с технологиями Visa и MasterCard. Когда НБУ пытался НСМЭП популяризировать, у банков это вызывало отторжение, потому что инвестиции, которые они вкладывали в банкоматы, железо, процессинг и софт для Visa и MasterCard, нужно было продублировать для НСМЭП. И только несколько банков – например, Экспрессбанк  и Имэксбанк – активно работали с НСМЭП.

С конца 2012 года НБУ анонсировал создание НСМЭП-2 на совмещенной с Visa и MasterCard технологии. Банкам это понравилось, и сейчас уже 60-70% участников рынка адаптировались под новую НСМЭП.

Переходя к отечественным мобильным разработкам, отмечу следующее. Первым банком, который запускал технологию Bank-o-Phone, был «Укргаз». Сама система называлась МПИ – мобильный платежный инструмент. В положении для НСМЭП прописывалась возможность быть эмитентом МПИ – выпускать не карты, а мобильные приложения для телефона.

Увы – это направление ушло из-за неправильной технологии. Потому что в Bank-o-Phone предполагалась замена карты в телефоне для пользователя: нужно было вытащить одну сим-карту и персонализировать другую. У банка обязательно должна была быть договоренность с каждым из мобильных операторов, которые шли на это не особо быстро. 

Отмечу, о мобильных проектах много говорят, но успешных проектов в мире не так уж и много.

– А как же технология африканского мобильного оператора Safaricom, на мобильные расчеты которого приходится весомая часть ВВП Кении?

В.Б.: – В Африке они перешагнули через одно поколение – они используют самую современную технологию, эмуляцию карты. Эту технологию в Европе и США еще нужно внедрить. А в Африке технологию получили сразу, перешагнув через несколько устаревших стандартов.

– А почему у нас не развиваются технологии, подобные Square – кардридеры для мобильных телефонов, позволяющие малым бизнесменам на рынке принимать платежи с пластиковых карт?

А.П.: – Эта технология выросла в США, где очень мало чиповых карт. В Украине подобное решение также запускалось на аналогичной Square технологии – только магнитная полоса – и, как следствие, чревато высоким риском мошеннических операций.

– Пожалуйста, расскажите, какие ноу-хау есть у «Укркарт»? Например, считается, что у вас – беспрецедентный по мощностям сервер?

В.Б.: – Да. Мы, фактически, запустили новый процессинговый центр. Такого оборудования нет ни у одной компании в СНГ. В основе нашего процессинга платформа HP NonStop, которая  является уникальным решением как с точки зрения производительности, так и с точки зрения обеспечения беспрерывности работы. Особенности архитектуры, заложенные в основу системы при ее проектировании, позволяют добиваться действительно фантастических показателей доступности – 99,9999% времени. Для бизнеса это – гарантия беспрерывного проведения операций, а для обывателя это означает практически абсолютную доступность транзакционного сервиса.

Имея в распоряжении компании такой аппаратный ресурс, мы, естественно, работаем над расширением присутствия компании на рынке. «Укркарт» интересны не только чисто банковский, но и другие сегменты.

– Как вы считаете, есть ли у украинского рынка какая-то особенность, выделяющая его среди платежных индустрий мира? Чем мы отличаемся от Европы и США?

А.П.: – Основная тенденция украинского рынка на сегодня – всплеск развития денежных переводов p2p. В Украине они стартовали в 2004 году. Изначально это были переводы через банкомат. Теперь все проходит онлайн. Рынок денежных переводов в Украине прирастает на 70-80% ежемесячно. Участники увлечены этим процессом, но никто при этом не знает, как долго рост будет продолжаться.

UkrCard 17

Фото: Александр Козаченко для «Forbes Украина»

– Однако такая популярность p2p в украинской реальности, где люди не заполняют декларации, характеризует теневую экономику. Если физлица рассчитываются друг с другом за что-то, но не фиксируют это в налоговых целях... В какой мере платежные технологии, по вашей оценке, интегрированы в теневую экономику?

А.П.: – Определенная часть p2p – это теневая экономика, но размер каждой отдельной транзакция в ней совсем невелик. Существуют и интернет-магазины, и аукционы, в которых люди рассчитываются за услуги переводами между картами. Однако в этих сервисах установлены лимиты сумм, выше которых операцию провести просто невозможно.

Лимиты регулируются и платежными системами, и самими сервисами.

– Но любые лимиты обходятся дроблением на мелкие транзакции...

В.Б.: – Возьмите ОLX/Slando. Наверняка там есть какой-то малый бизнес, но часть сделок – это реальные разовые продажи или перепродажи каких-то бытовых мелочей.

– Но подобные операции видны и прозрачны! В развитых странах они подпадают под декларирование и налогообложение. А пока что они не вызывают вопросов, потому что у Налоговой есть другие проблемы. Но ведь в перспективе все эти продавцы со Slando будут потенциальными или налогоплательщиками, или целями для фискалов – и как раз потому что используют не черный нал, а электронные каналы.

В.Б.: – В Украине Налоговая пока что не дошла даже до средних предприятий. Да, во всем мире есть традиция обязательной подачи налоговых деклараций – раз в год вся страна подает эти декларации. И в них указывает, что ты продал, что нет.

Но у обязанности отчитываться есть нижняя граница – определенная минимальная сумма, которую установила сама Налоговая, не превысив которую, подавать декларацию не нужно.

А.П.: – Вопрос актуальный и важный. Недавно в Государственной фискальной службе проходил круглый стол с участием представителей среднего и малого бизнеса со всей Украины. В декабре был принят новый Налоговый кодекс, одна из норм которого обязывает бизнес установить у себя кассовые аппараты. К слову, мы сегодня уже коснулись того, как  в мире решается проблема приема оплаты малым бизнесом. Так вот, та же технология Square у американцев не заменяет эти самые кассовые аппараты, и даже не интегрирована с ними.


My_v_SMI_Citata_Top

На заседании встал один из участников и начал рассказывать, что установка кассовых аппаратов для всех предприятий – это недопустимо, так как создает огромную финансовую нагрузку на бизнес. У него спросили, кого он представляет. Оказалось – одно из объединений ювелиров Украины

My_v_SMI_Citata_Bottom

    Александр Пранов

В Украине довольно жесткое законодательство, затрагивающее кассовые аппараты. Есть специальный реестр устройств, информацию с них до 2013 года Налоговая получала при выездных проверках, а с 2013 года данные автоматически передаются в ГФС.

Все кассовые аппараты в Украине – их более 200 000 штук – по специальной технологии, провайдером которой является и наша компания, подключены к Налоговой, и Налоговая все это видит. Еще раз подчеркну – их пока что всего 200 000. С 1 июля предприниматели 3-й группы упрощенной системы, а с начала следующего года и 2-я группа упрощенцев – должны установить у себя кассовые аппараты.

Так вот, на этом заседании встал один из участников и начал рассказывать, что установка кассовых аппаратов для всех предприятий – это недопустимо, так как создает огромную финансовую нагрузку на бизнес. У него спросили, кого он представляет. Оказалось – одно из объединений ювелиров Украины. Комментарии, как говорится, излишни…

– О каком пороге вхождения при установке аппарата идет речь?

В.Б.: – 5-8 тыс. гривен за аппарат, плюс 100 гривен за обслуживание в месяц. Это не критичные для предпринимателей суммы – получается не более 700 гривен в месяц на протяжении первого года.

– По вашим впечатлениям – что происходит с безопасностью платежного рынка?

А.П.: – Кибербезопасность – это бесконечная шахматная партия.  Мы как ее участники стараемся не отставать от мошенников. Они развиваются – и мы тоже развиваемся, и стараемся стать лучше. Могу сказать, что «Укркарт» сертифицирована по самой жесткой, третьей версии PCI DSS – международного стандарта безопасности платежных систем. Эта версия вышла, буквально, только что – и предполагает соответствие огромному количеству требований и критериев. Рынок серьезно работает над проблемами безопасности.

Сегодня самыми новыми, и по-своему модными технологиями фрода являются методы социальной инженерии – они направлены на то, чтобы заставить человека неосознанно передать свои платежные реквизиты мошенникам.

В.Б.: – На Западе сейчас растет такой метод мошенничества, как APT. Его суть в том, что происходит распределенная атака на систему. Ранее проходили линейные атаки. Теперь взломать «первые ворота» и сразу оказаться в «городе» не получится – потому что за первыми воротами, как в замках викингов, вторые и третьи ворота, ложные замки с собаками и так далее. Поэтому атаки становятся более комплексными. Например, проводится атака на внутренний периметр с помощью фишинга или социальной инженерии, пытаются провести системных администраторов. Комплекс мероприятий маскируется взломом «внешних ворот». Преступники становятся более организованными – раньше все программисты-интроверты работали по одному. Теперь они очень серьезно объединены. Поэтому сотрудников из ІТ-безопасности впору записывать на курсы СБУ и МВД. 


My_v_SMI_Citata_Top

Кибербезопасность – это бесконечная шахматная партия. Мы как ее участники стараемся не отставать от мошенников. Они развиваются – и мы тоже развиваемся, и стараемся стать лучше

My_v_SMI_Citata_Bottom

    Александр Пранов

А.П.: – Комплекс мер по защите включает технические и организационные меры, и средства мониторинга. В законодательстве в 2006-2010 годах появились статьи, предусматривающие наказание за киберпреступления. Потому что раньше такие преступления классифицировались как простое хулиганство.

В.Б.: – Главная защита онлайн-банкинга – лимиты внутри системы, которые спрятаны очень глубоко в правилах транзакций. Злоумышленник может взломать систему, дойти до счета – а там окажется, что с такого типа счетов можно списывать 5000 гривен в сутки. И на этом вся схема с попыткой украсть средства ломается.

– Что должно повлиять на активное развитие новых платежных технологий в стране?

В.Б.: – Прежде всего – появление 3G. Потому что GPRS и Edge не имеют таких возможностей для передачи данных, и их не хватало для развития нормального мобильного банкинга и нормального взаимодействия платежных систем. Теперь все игроки рынка готовятся концентрироваться на мобильных приложениях. Как только технология станет комфортной – мы увидим всплеск и развитие мобильных платежей.

А.П.: – У нас активно развилось несколько направлений деятельности. За прошлый год «Укркарт» внедрила технологию бесконтактных карт, функции денежных переводов. Мы работаем над решением для электронной коммерции, в котором реализована технология одноразовых паролей для интернет-магазинов, и которое позволит банкам подключать мерчантов к более совершенному инструментарию. Проходит интеграция с кассовыми аппаратами – если Украина пойдет по пути контроля за финансовыми потоками, здесь будет развиваться и сервис кассовых аппаратов, и сервисы pos-терминалов, и интегрированные решения.

Источник: forbes.net.ua